С. Абэ – новый премьер-министр Японии:
его программа и первые шаги
И.А. Цветова
2006 год стал последним в деятельности правительства Японии, которым в течение пяти лет и пяти месяцев руководил председатель Либерально-демократической партии (ЛДП) Коидзуми Дзюнъитиро. 26 сентября новый лидер либерал-демократов Абэ Синдзо сформировал свое правительство, которое, как и прежде, осталось коалиционным, опирающимся на союз ЛДП и Комэйто (Партия чистой политики).
Успеху С. Абэ на выборах председателя ЛДП, несомненно, способствовало его семейное происхождение, принадлежность с самого рождения к высшим правящим кругам. Как и у многих других потомственных политиков, первой ступенькой вхождения в эти круги стала его работа личным секретарем отца – Абэ Синтаро, влиятельного депутата парламента, в 1982–1986 гг. занимавшего пост министра иностранных дел, а в 1987–1989 гг. – генерального секретаря ЛДП. Эта работа позволила Абэ Синдзо обрести нужные связи в политических и деловых кругах. Кроме того, он унаследовал от отца «Фувакай» – весьма эффективную организацию по сбору денежных средств на политические нужды. Карьере С. Абэ способствовала и его известность как внука Киси Нобусукэ.
Столь же очевидно, что своему продвижению в верхи политического руководства С. Абэ был обязан премьер-министру Дз. Коидзуми, который включил его в свое ближайшее окружение, назначив генеральным секретарем ЛДП. Спекулируя на национальных чувствах, Абэ благодаря своей жесткой позиции по проблеме похищения японцев северокорейскими спецорганами приобрел значительную популярность. Кроме того, он проявил себя активным сторонником радикальной партийной реформы, солидаризируясь с намерением Дз. Коидзуми добиться «обновления ЛДП».
В 2004 г. на выборах в палату советников ЛДП уступила соперничающей с ней Демократической партии (ДП), что было расценено как поражение и партии, и ее лидера. С. Абэ выручил Дз. Коидзуми, заявив о решении взять на себя ответственность как лицо, руководившее избирательной кампанией.
Характерно, что отставка С. Абэ, принятая Коидзуми, сопровождалась тогда первой развернутой публикацией его политических взглядов. В популярном, известном своими сенсационными материалами журнале «Бунгэй сюндзю» появилась статья С. Абэ с многозначительным названием «Покидаю пост генерального секретаря во имя консервативного возрождения»[1]. В ней С. Абэ подчеркивал, что ЛДП следует рассматривать как консервативную партию, «опирающуюся на историю, традиции и культуру Японии». С момента своего создания партия взяла на себя выполнение двух миссий: во-первых, стать устойчивой политической силой, способной решать задачи восстановления и подъема промышленности и экономики страны, создания надежного фундамента народной жизни; во-вторых, вывести страну из послевоенного положения, преодолеть «оккупационную систему».
По мнению С. Абэ, первая миссия выполнена, а «вторая – принесена в жертву». В этой связи, заявлял он, «для партии и для меня лично важной задачей является пересмотр конституции, а до этого – пересмотр Основного закона об образовании».
Абэ назвал три причины, по которым необходим пересмотр конституции: написание Основного закона Японии представителями оккупационных войск; несоответствие части содержания конституции современным реалиям, в частности отсутствие положений, признающих существование сил самообороны (что создает помехи как международной деятельности Японии, так и ее обороне); стремление самостоятельно написать Основной закон государства и тем самым придать Японии «силы для начала новой эпохи развития». С. Абэ настаивал на необходимости переработки всего текста и на подготовке партийного проекта новой конституции к 50-летнему юбилею ЛДП.
В этой же статье С. Абэ изложил свои взгляды на партийную реформу, национальную значимость храма Ясукуни, проблему отношений с КНДР, а также обещал «всеми силами поддерживать реформы Коидзуми».
Не удивительно, что отставка С. Абэ оказалась не более чем формальностью. Дз. Коидзуми назначил его первым заместителем генерального секретаря партии, поручил ему разработку плана партийной реформы, а после крупного успеха ЛДП на выборах нового состава распущенной палаты представителей осенью 2005 г. поставил С. Абэ на важный пост генерального секретаря кабинета. С этого времени С. Абэ, используя свое положение в кабинете как лица, причастного ко всему спектру правительственной политики, начал публично высказывать собственное, нередко отличное от взглядов премьер-министра, мнение по актуальным вопросам, касающимся структурных реформ, японской дипломатии, положения в сфере образования и т.п.
В этом смысле показательна его беседа с популярным актером К. Кодама, опубликованная в мае 2006 г., когда в средствах массовой информации С. Абэ уже называли «первым претендентом» среди тех, кто собирался стать преемником Дз. Коидзуми. Явно адресуясь к членам ЛДП, недовольным авторитарным стилем руководства премьер-минстра, С. Абэ в рассуждениях о «мудрости политика» на первое место поставил такое качество, как «урегулирование интересов». Он назвал Дз. Коидзуми «азартным игроком», оценил его умение выражать собственные мысли, харизматичность. При сравнении с Коидзуми, для которого характерно принятие решений «сверху вниз», и с предыдущим премьер-министром Мори, который предпочитал метод «урегулирования», С. Абэ позиционировал себя «где-то посередине»[2].
Ко времени этой беседы в Японии, в том числе и в правящей партии, охлаждение отношений с КНР связывали с негибкой политикой Дз. Коидзуми, в частности, с его демонстративными посещениями храма Ясукуни, вызывавшими недовольство в Китае. С Абэ высказался и по этому вопросу: «Для Японии Китай является крайне важной страной с точки зрения экономики и обеспечения безопасности. Я полагаю, что поддержание дружественных отношений с этим государством необходимо в государственных интересах. Это особенно касается экономики: направляя инвестиции и ведя торговлю с Китаем, Япония быстро выходит из кризиса. В свою очередь Китай благодаря японским инвестициям создает рабочие места, импортирует из Японии товары первичной обработки, дорабатывает их и продает по всему миру, зарабатывая таким образом валюту. Поэтому Япония и Китай должны хорошо осознавать обоюдную выгоду своих отношений, для развития которых нужен взаимный диалог. Думаю, что Китай ошибается, прерывая диалог только из-за одной проблемы храма Ясукуни»[3].
Наконец, в этой же беседе поднимается важный вопрос о росте различий в доходах населения как следствии «реформ Коидзуми». С. Абэ признал эту тенденцию как реальность, высказал мнение о необходимости не допускать «закрепления» таких различий, осудил попытки Дз. Коидзуми отмахнуться от этой проблемы, назвал его высказывания по этому поводу, «неподобающими для политика и вызывающими озлобление в народе»[4].
Крупной рекламной акцией стало опубликование в конце июля книги С. Абэ под интригующим названием «К красивой стране». Эта нетрадиционно объемная для действующего японского политика книга (232 с.) была воспринята в Японии как политическая программа С. Абэ и вызвала многочисленные отзывы и комментарии. Большой тираж (четыре выпуска, 270 тыс.) и низкая цена книги обеспечили ей массового читателя, особенно среди женщин, которых, как и задумывалось издателями, привлекло ее необычное название. Высказывая свое мнение по таким проблемам, как будущее Японии, обеспечение ее самостоятельности и безопасности в рамках японо-американского союза, развитие отношений с КНР и региональное сотрудничество стран, разделяющих общие с Японией «универсальные ценности», «возрождение образования» на основе уважения японских традиций, семейные ценности и преодоление тенденции к уменьшению числа детей в семье, автор вновь настойчиво апеллировал к национальным чувствам японцев.
С началом официальной кампании по выборам председателя ЛДП С. Абэ стал излагать свое видение будущего управления страной и партией под лозунгом «Красивая страна – Япония. Время строить новое государство». В отличие от соперников, опубликовавших свои взгляды в довольно пространных памфлетах (Т. Асо – 28 с.; С. Танигаки – 24 с.), С. Абэ, как позже рассказывал руководитель его команды на выборах Х. Сэко, настоял на выпуске четырехстраничного памфлета в форме листовки по типу того, как в свое время сделал Дз. Коидзуми, – «на одном листе, все просто, под отдельными пунктами». В то же время совершенно сознательно было решено уклоняться от всякого упоминания имени Коидзуми, чтобы не создавать С. Абэ имидж «последователя Коидзуми»[5].
Содержание концепции С.Абэ было значительно расширено по сравнению с тем, о чем он прежде публично высказывался [6]. В кратком виде были изложены его взгляды практически по всем проблемам, поднимавшимся в опросах общественного мнения и представлявшим интерес как для членов ЛДП, так и для всего населения страны. Краткость формулировок позволяла уйти от конкретизации многих обещаний и избежать развернутой дискуссии по спорным вопросам.
Согласно концепции С. Абэ, основными принципами правления являются:
1) бережное отношение к культуре, традициям, природе, истории страны; принятие конституции, отвечающей новому времени; открытый консерватизм; семейные ценности и возрождение провинции;
2) свобода и порядок, коренная реформа образования, самодисциплина частного сектора и преодоление зависимости от чрезмерной государственной опеки;
3) новый рост и процветание на основе инноваций; способность к нормативному регулированию и осознание принадлежности к международному сообществу;
4) превращение Японии в страну–лидера, уважаемую и открытую всему миру; активная международная деятельность возрожденной Японии.
Что касается конкретной политики, то на первое место была поставлена задача создания «системы руководства из резиденции премьер-министра» и проведения «единой политики кабинета и правящей партии», формирования политических команд в министерствах, коренной реорганизации административного аппарата, а также реальной кадровой реформы. С. Абэ возвращается к этой задаче также и в том разделе концепции, где подчеркивается намерение усилить возможности резиденции премьер-министра в качестве командного пункта внешней политики и обеспечения безопасности. Новыми моментами внутренней политики С. Абэ по сравнению с предыдущим правительством можно назвать особый акцент на «инновации в открытом обществе» с целью экономического развития, а также идею построения «общества, в котором не закреплены группы победителей и побежденных и каждый может сделать свой выбор и сменить положение». Уклоняясь от прямых заверений в продолжении прежнего курса на структурные реформы, С. Абэ повторял и развивал положения этого курса, подчеркивал особую значимость «возрождения образования».
В разделе «Через твердую внешнюю политику к сильной и заслуживающей доверия Японии» С. Абэ обещал упрочить японо-американский союз «в интересах всего мира и Азии» и укрепить «союзнические отношения» с США в сфере экономики; способствовать росту взаимного доверия с соседними странами – КНР, Республикой Корея и др., добиваться урегулирования с КНДР проблем похищенных японцев, ядерного и ракетного вооружения; развернуть стратегический диалог со странами, разделяющими общие с Японией ценности, – США, странами Европы, Австралией, Индией и др.; формировать международное сообщество в Азиатско-тихоокеанском регионе; обеспечить энергетическую безопасность; способствовать повышению значимости Японии на международной арене.
С. Абэ заявил также о намерении осуществить реформу ЛДП. Наконец, в его «концепции власти» особо выделена задача «выйти из послевоенного режима», а именно: принять новую конституцию, добиться включения Японии в постоянные члены Совета безопасности ООН
Формирование нового руководства партии и правительства
По уставу ЛДП ее председатель наделен большими полномочиями в решении кадровых вопросов. С. Абэ в полной мере использовал эти права и по своему усмотрению назначил «руководящую тройку».
По его словам, он следовал принципу «стабильность и обновление», стремился назначить влиятельных политиков на важнейшие посты в партии и одновременно обеспечить сменяемость руководства. Вместе с тем нельзя не заметить, что в «руководящую тройку» вошли деятели из тех внутрипартийных группировок, которые оказали решающую поддержку на выборах самого С. Абэ.
Генеральным секретарем, организующим всю внутрипартийную работу, был назначен Накагава Хидэнао (62 года), бывший председатель Комитета по изучению политических вопросов, имеющий опыт работы в качестве генерального секретаря кабинета, твердый сторонник курса на структурные реформы из крупнейшей в ЛДП фракции Мори.
Пост председателя Комитета по изучению политических вопросов, т.е. органа, в котором предварительно изучаются все важнейшие правительственные решения и делаются заключения по ним, занял Накагава Сёити (54 года), имеющий опыт руководства экономическими министерствами, из фракции Ибуки.
Председателем Совета по общим вопросам, органа, одобрение которого требуется по всем важным вопросам, включая отношение ЛДП к правительственным законопроектам, был назначен Нива Юя (62 года), трижды возглавлявший министерства социальной сферы, бывший первый заместитель председателя Комитета по изучению политических вопросов, представитель фракции Нива–Кога.
Следующим шагом С. Абэ стало подтверждение союзнических отношений ЛДП с Комэйто. Лидеры двух партий подписали соглашение, в котором зафиксировали «приоритетные задачи» коалиционного правительства. Это – реформа образования, реформа системы социального обеспечения, мирная дипломатия и упор на укрепление отношений с КНР, Республикой Корея, другими соседними странами (всего девять пунктов по предложениям обеих партий). Однако Комэйто не согласилась включить в число этих задач предложенный С. Абэ «пересмотр конституции в течение пяти лет». Стороны договорились сохранять коалицию, не углубляясь в принципиальные разногласия[7].
Избрание С. Абэ премьер-министром было надежно обеспечено большим преимуществом правящих партий в парламенте, а также подкреплено голосованием за его кандидатуру многих беспартийных депутатов. 26 сентября 2006 г. С. Абэ сформировал свой кабинет министров.
Из прежних членов правительства он оставил только министра иностранных дел Асо Таро. На большинство других постов были назначены политики, не имевшие опыта подобной работы. Однако омоложения правительства не произошло. Хотя С. Абэ и включил в кабинет 45-летнюю Такаити Санаэ в качестве государственного министра, ответственного за дела, касающиеся Окинавы и «северных территорий», инноваций и научно-технической политики, безопасности пищевых продуктов, семьи и равноправия женщин, однако возраст каждого из четырех министров, вошедших в правительство, превышал 70 лет, а средний возраст 17 членов кабинета и премьер-министра составил 60,9 лет. Женщины представлены на прежнем уровне. Помимо С. Такаити, в кабинет вошла Оота Хироко (52 года), ученый-экономист, профессор, назначенная на пост министра, ответственного за экономическую и финансовую политику.
В комментариях японской прессы по составу правительства подчеркивалось, что, как и Дз. Коидзуми, новый премьер-министр в целом игнорировал рекомендации от внутрипартийных фракций относительно назначения членов кабинета, но при этом во многих случаях его кадровые решения определялись приятельскими отношениями или являлись своеобразным поощрением активности политиков в поддержку его кандидатуры на выборах председателя ЛДП.
За исключением Х. Ота, все члены кабинета были назначены из числа депутатов парламента. В состав правительства вошли депутаты из разных фракций, но в первую очередь политики из фракций Мори и Нива–Кога (по четыре от каждой). Генеральным секретарем кабинета, своей «правой рукой», С. Абэ назначил близкого и преданного ему Сиодзаки Ёсихиса. От Комэйто в правительство в качестве министра национальной территории и транспорта вошел генеральный секретарь этой партии Фуюсиба Тэцудзо.
Намерение С. Абэ усилить личную роль главы правительства в руководстве и управлении государством нашло отражение, прежде всего, в назначении всех, предусмотренных законом, пятерых помощников премьер-министра из числа депутатов парламента.
Предполагают, что при С. Абэ сохранит свое значение Консультативный совет по экономической и финансовой политике как опора премьер-министра в разработке политического курса под его личным руководством. Он назначил новыми «гражданскими» членами этого высшего совещательного органа председателя Японской федерации экономических организаций Ф. Митараи, президента компании «Итотю сёдзи» У. Нива, профессоров-экономистов Т. Ито и Н. Ясиро. Помогать С. Абэ в организации работы консультативного совета будет министр Х. Оота.
18 октября приступил к работе сформированный премьер-министром Совет по возрождению образования, а 26 октября – Совет по инновационной стратегии, призванный разработать долгосрочный план экономического роста на основе инноваций до 2025 г. В эти новые совещательные органы вошли известные специалисты, теоретики и практики.
Под председательством премьер-министра функционирует Совет обеспечения безопасности, который согласно специальному закону формируется из нескольких министров с целью обсуждения и принятия решений по важным вопросам обеспечения безопасности и действий в случае чрезвычайной обстановки. Реализуя идею расширения возможностей личного руководства премьер-министра в этой сфере, в ноябре 2006 г. С. Абэ сформировал Совет по усилению функций резиденции премьер-министра в делах, касающихся обеспечения государственной безопасности. В состав совета были включены помощник премьер-министра Ю. Коикэ, генеральный секретарь кабинета Ё. Сиодзаки, другие лица, имеющие опыт аналитической работы и практической деятельности в кризисных ситуациях. В Японии отмечают, что таким образом С. Абэ, по-видимому, готовит почву для создания при премьер-министре Совета национальной безопасности по типу американского, действующего при президенте США. Одновременно изучается опыт Великобритании, который, как считают эксперты, более приемлем для Японии в силу большей близости государственного устройства этих стран [8].
Подготавливая условия для сильного руководства из резиденции премьер-министра, С. Абэ в отличие от своего предшественника в первые месяцы своей деятельности стремился избегать конфликтов с функционирующими в ЛДП органами по изучению политических вопросов, налаживать тесное сотрудничество с ними, взять их работу под свой контроль. О желании добиться «единства правительства и правящей партии» свидетельствовал факт реабилитации и возвращения в ряды ЛДП большинства политиков, при Дз. Коидзуми исключенных из партии, но избранных в парламент в качестве независимых депутатов.
Политический курс кабинета С. Абэ и первые шаги его реализации
29 сентября 2006 г. в программной речи в парламенте премьер-министр С. Абэ объявил своей личной целью и миссией сформированного им правительства строительство «красивой Японии как государства энергичного, предоставляющего каждому шанс, доброго, ценящего дух самостоятельности, открытого всему миру»[9]. «Красивая страна» – это государство, где бережно относятся к национальной культуре, традициям, природе, истории. Его основу составляет свободное общество и порядок, оно вызывает в мире доверие, уважение, любовь. Это государство обладает энергией роста и способностью к лидерству.
Сформированное им коалиционное правительство премьер-министр назвал «кабинетом созидания красивой страны».
Представляя программу внутренней политики, С. Абэ в отличие от Дз. Коидзуми, который выдвигал на первое место структурные реформы («без реформ нет экономического роста»), подчеркнул особое значение продолжения экономического роста, опирающегося на инновации и открытость японской экономики как новые факторы ее жизнеспособности. Он сообщил о намерении разработать и начать осуществление «стратегического курса инноваций до 2025 г.».
Новым для правительства Японии стал также акцент на признании необходимости не допустить поляризации японского общества, «закрепления» в нем «слоев победителей и слоев побежденных», создать «общество, в котором каждый имеет возможность нового выбора».
Хотя С. Абэ не давал заверений относительно «продолжения реформ Коидзуми», тем не менее, первоочередной задачей он назвал проведение курса на продолжение структурных реформ, закрепленного принятыми в последний год правления кабинета Дз. Коидзуми законами.
Премьер-министр заявил о намерении твердо добиваться оздоровления финансовой политики и продолжать административную реформу:
– в течение пяти лет планомерно осуществлять «реформу бюджетных расходов» с тем, чтобы к первой половине 2010 г. снизить долю накопленного государственного долга относительно ВВП, а к 2011 г. обеспечить баланс расходов и доходов государства и органов местного самоуправления;
– в целях создания «компактного, эффективного и сильного правительства» сократить штат государственных служащих и кадровые расходы, полностью пересмотреть систему государственной службы, объединить в единый орган правительственные кредитно-финансовые учреждения, сократить государственное имущество, с 2007 г. начать осуществлять приватизацию почтовой системы;
– предоставить частному сектору широкие возможности принимать участие в предоставлении общественных услуг на основе конкуренции с правительственными предприятиями, пересмотреть порядок финансирования различных услуг общественного назначения, которое до сих пор осуществляется по многочисленным специальным счетам;
– продвигать местную административно-финансовую реформу, приступить к изучению и разработке законов о перестройке органов местного самоуправления с целью повышения их «самодисциплины»;
– стремиться к осуществлению радикальной налоговой реформы в целях формирования устойчивых источников финансирования растущих расходов на социальное обеспечение; принятию мер, направленных на решение проблемы снижения рождаемости; а в вопросе о повышении налога на потребление занимать сдержанную позицию.
Кроме того, С. Абэ высказал намерение разработать новое, соответствующее XXI в., видение системы государственного управления в целом, предполагающее «коренную реформу административного аппарата» и «создание системы провинций» (вместо 47 префектур формирование 8–10 более крупных, обладающих большими полномочиями местных административных единиц).
В сфере социального обеспечения премьер-министр высказался за осуществление комплексной реформы, направленной на создание «простой, вызывающей доверие, надежной системы социального обеспечения японского типа». В области пенсионного обеспечения он назвал такие конкретные меры, как ликвидация управления социального страхования и создание вместо него новой организации, быстрейшая унификация пенсий благосостояния и пенсий ассоциаций взаимопомощи. В медицинских услугах и уходе за престарелыми акцент сделан на профилактику, «новую фронтальную стратегию укрепления здоровья и долголетия», упорядочение расходов на медицинские услуги, оснащение медицинской системы на местах. Особое внимание премьер уделил проблеме абсолютного сокращения численности населения Японии, начавшегося с 2005 г. Он призвал правительство начать активную работу по решению этой проблемы.
Важной задачей правительства С. Абэ назвал «возрождение образования», имея в виду, прежде всего, незамедлительное принятие застрявшего в парламенте проекта пересмотра Основного закона об образовании.
Наконец, напомнив, что действующая конституция Японии принята в условиях оккупации и остается неизменной в течение 60 лет, С. Абэ выразил надежду на активное обсуждение правящими и оппозиционными партиями направлений ее пересмотра, а также на скорое принятие законопроекта об изменении процедуры внесения поправок в Основной закон страны.
Внеочередная сессия парламента, завершившаяся 15 декабря, была весьма успешной с точки зрения решения провозглашенных премьер-министром задач.
Принятые на ней два закона определили направление дальнейшей децентрализации, передачи дополнительных полномочий местному самоуправлению. С этой целью при канцелярии кабинета учреждается Комитет экспертов, которому надлежит подготовить соответствующие рекомендации премьер-министру. Согласно другому закону, в порядке эксперимента по внедрению «системы провинций» о-ву Хоккайдо, как наиболее крупной среди японских префектур, должны быть переданы некоторые права государства.
В последний день работы сессии были приняты закон, преобразующий Управление национальной обороны в министерство, а также поправки к Закону о силах самообороны, включающие в число основных обязанностей японских вооруженных сил, наряду с обороной государственной территории и действиями в случае стихийных бедствий внутри страны, международную миротворческую деятельность, которая до сих пор рассматривалась как сопутствующая обязанность.
Повышение статуса оборонного ведомства до министерства расширило его права и возможности. Прежде Управление национальной обороны входило в состав канцелярии кабинета министров в качестве его внешнего органа, поэтому его начальник, хотя и являлся членом правительства, не располагал правом непосредственного внесения в кабинет проектов законов и других постановлений, требующих правительственного одобрения. Ему приходилось действовать через канцелярию кабинета, орган, возглавляемый другим министром и непосредственно подчиненный премьер-министру. Кроме того, Управление национальной обороны не могло напрямую обращаться в министерство финансов по бюджетным вопросам. В японской прессе сразу было отмечено, что статус министерства не только будет способствовать оперативному решению вопросов, касающихся обороны, но также повысит престиж оборонного ведомства и самой Японии как «нормальной страны», обладающей равноценными с другими странами атрибутами государства.
Безусловно, законодательное признание зарубежной деятельности в качестве одной из основных задач сил самообороны, которую еще недавно общественное мнение Японии рассматривало как нарушение девятой статьи конституции, облегчит попытки правительства активнее демонстрировать на глобальном уровне военное присутствие Японии, что повлечет за собой активизацию дискуссии о применении оружия японскими военнослужащими в «горячих» точках мира.
Своим большим успехом правительство Абэ считает пересмотр Основного закона об образовании, одобренный депутатами правящих партий в последний день парламентской сессии. Этот базовый закон в сфере образования, принятый еще в 1947 г. и не подвергавшийся с тех пор никаким изменениям, являлся объектом постоянных споров ЛДП с другими партиями. Либерал-демократы настаивали на его пересмотре, утверждая, что он препятствует воспитанию патриотизма, уважения к традициям, культуре, истории Японии, чрезмерно ориентирует образование на «уважение личности» в ущерб воспитанию «общественного духа». Их оппоненты видели в требованиях ЛДП попытки возродить образование времен тоталитарного правления, которое было нацелено на воспитание псевдопатриотизма и безрассудного служения государству, на подавление самостоятельности личности.
В определенной мере настояния ЛДП нашли отражение в проекте пересмотра Основного закона об образовании, разработанном еще кабинетом Дз. Коидзуми. Во-первых, в преамбуле закона и статье о целевых установках образования акцент явно перенесен с «уважения личности» на воспитание «общественного духа». Во-вторых, в закон включена задача «воспитания граждан, уважающих традиции и культуру, относящихся с любовью к выпестовавшим эти традиции и культуру родной стране и родным местам». Вместе с тем правительство С. Абэ не могло игнорировать исходящие от оппозиционных партий и общественного мнения опасения возврата к прошлому, поэтому эта задача была дополнена фразой «воспитывать уважение к другим странам и стремление вносить вклад в мир и развитие международного сообщества». В компромиссном духе изменена и статья об управлении в сфере образования, гласившая: «Образование не подчиняется незаконному контролю, ответственность за образование несет весь народ». Оппозиция настаивала на неизменности первой части этого положения, с чем правительство согласилось. Согласно новой формулировке, образование «не подчиняется незаконному контролю, оно должно осуществляться на основе положений, определенных настоящим и другими законами». При этом данная статья была дополнена рядом новых положений.
Пересмотренный Основной закон об образовании увеличился с девяти до 18 статей. Новые статьи отражают современное состояние и задачи японской системы образования. В них содержатся положения, касающиеся принципа непрерывного образования, системы частных школ, положения учителей, семейного образования, дошкольного образования, сотрудничества школы, семьи и местных сообществ, планирования развития образования.
С. Абэ проявил высокую активность и в формулировании позиций по внешнеполитической ориентации Японии. В своей программной речи он заявил о намерении осуществить «поворот к твердой дипломатии, основывающейся на новом мышлении», главной предпосылкой которого рассматривалось сотрудничество в рамках «японо-американского союза в мире и в Азии». Он сообщил о подготовке мер, необходимых для «постоянного взаимопонимания между резиденцией премьер-министра и Белым домом».
С. Абэ пообещал установить с КНР и Республикой Корея «тесные, не имевшие ранее прецедента, отношения в различных областях, прежде всего в экономике». Укрепление доверия с этими соседними странами, подчеркнул С. Абэ, «имеет чрезвычайно большое значение» как для Азии, так и для всего международного сообщества, поэтому необходимо «взаимное стремление» к прямым переговорам.
Касаясь отношений с КНДР, С. Абэ подтвердил желание разрешить «ракетно-ядерную проблему» в тесном сотрудничестве с США, активизировать шестисторонние переговоры, но в увязке с застарелой проблемой похищения японских граждан северокорейской разведкой, без разрешения которой «не может быть нормализации государственных отношений». Он сообщил, что учрежденный под его руководством специальный штаб по «проблеме похищенных», «опираясь на диалог и давление», будет продолжать настойчиво требовать возврата живыми всех похищенных.
Рассматривая Россию как важного соседа Японии, С. Абэ напомнил о больших потенциальных возможностях развития японо-российских отношений с пользой для обеих стран, но, как и его предшественник, обещал «прилагать настойчивые усилия» для «разрешения территориальной проблемы»[10].
Таким образом, на основании изложенного выше можно предположить следующее. Во-первых, в ближайшее время, вплоть до завершения в 2007 г. выборов в палату советников, в которой у ЛДП нет столь прочных позиций, как в палате представителей, новое правительство Японии будет строить свою политику в тесной увязке с обещаниями, которые С. Абэ давал на выборах председателя ЛДП и в своей первой программной речи в парламенте.
Во-вторых, хотя во внутренней политике С. Абэ и старается в определенной мере отмежеваться от «реформ Коидзуми», следует ожидать, что и его кабинет будет следовать курсом на ускорение структурных реформ, но с акцентом на поощрение экономического роста, опирающегося на инновации. Несомненно, что С. Абэ не откажется от настойчивых усилий, направленных на приближение пересмотра конституции, чтобы завершить тем самым активную деятельность Дз. Коидзуми по обретению Японией атрибутов «нормальной страны».
В-третьих, новым в японской внешней политике становится признание С. Абэ необходимости укреплять доверие с соседними странами, в первую очередь с КНР и Республикой Корея, в отношениях с которыми при правительстве Дз. Коидзуми произошло заметное охлаждение, а также обещание расширить региональное сотрудничество, имея в виду формирование сообщества стран АТР. Вместе с тем, несмотря на подчеркивание особой важности самостоятельности японской внешней политики, С. Абэ, как и его предшественники, неизменно рассматривает основой этой политики лояльность японо-американскому союзу и его укрепление.
Примечания
[1] Абэ Синдзо. Хосю сайсэй-но тамэ-ни кандзитё-о дзису (Покидаю пост генерального секретаря во имя консервативного возрождения). – «Бунгэй сюндзю». 2004, № 9, с. 156–161.
[2] Абэ Синдзо, Кодама Киёси. «Уцукусий Нихон»-экэцудан-то иси-о (Решимость и воля к «красивой Японии»). – «Бунгэй сюндзю». 2006, № 5, с. 216–217, 220.
[3] Там же, с. 217.
[4] Там же, с. 220.
[5] Сэко Хиросигэ. Мэдиа сэнряку-но бутай ури (За кулисами стратегии массовой информации). – Рондза, 2006, № 11, с. 95–96.
[6] «В мае–июне, – пишет Х. Сэко, – я думал о том, как в средствах массовой информации сгладить представление об Абэ как “ястребе”. Абэ говорил главным образом об истории, учебниках и т.п., о чем сообщалось в прессе. Важно было показать его познания в экономике, социальном обеспечении, реальный подход во внешней политике». – Там же, с. 94.
[7] Асахи симбун; Иомиури симбун. 26.09.2006.
[8] Асахи симбун. 28.11.2006.
[9] Программную речь С. Абэ см.: Иомиури симбун. 30.09.2006.
[10] Иомиури симбун. 30.09.2006.
